PritzkerStory: Джеймс Стирлинг (35 фото)

PritzkerStory: Джеймс Стирлинг (35 фото)

Джеймс Стирлинг родился в межвоенном Глазго в 1926 году. После окончания Второй мировой войны поступил в Ливерпульский университет. Позже архитектор будет вспоминать: «То, что Великобритания и, в частности, Ливерпуль того времени были глухой провинцией в мире архитектуры, можно понять хотя бы по тому факту, что о всем творчестве советских конструктивистов я узнал уже после окончания института». Несмотря на «книжность» и консервативность своего образования молодой архитектор устраивается на фирму «Лайонс, Исраэль и Эллис», а через несколько лет открывает свое бюро вмести с Гованом.

Первым реализованным проектом бюро стал жилой поселок Хэм Коммон Флэтс. В его чертах видно подражаниям поздним работам Ле Корбюзье (наверное, никто не избежал влияния этого архитектора). Поселок был признан очень комфортным жильем и процветает и сегодня. Удивительно, насколько естественно и изящно в планировки 70-летней давности входят современные дизайнерские решения.

«Университетские» годы

Удивительно, но самые активные отношения с миром учебных заведений у Стирлинга завязались уже после окончания учебы. В конце 1950-х, начале 1960-х годов он строит целый ряд зданий в кампусах различных университетов. Самым знаковым из них стал корпус технологического факультета в Лестере. Здесь в полную силу сказалось восхищение мастера самим для себя открытым советским авангардом 20-х годов и творчеством Константина Мельникова. Критики взвыли в восторге от массивных, грубоватых бетонных и стеклянных объёмов, провозгласив возвращение ранней модернистской архитектуры.

«Героический», то есть ранний период модернистских поисков, действительно вернулся, на какое-то время, в работы мастера. В те годы Британия начинает возвращать себе былые позиции в мире архитектуры. И именно здесь была придумана концепция брутализма, подарившая миру очарование массивного бетона, а Харькову, в частности — здание ХНАТОБа. Выразительные формы, чередование глухих и стеклянных объемов приближают университетскую архитектуру Стирлинга тех лет к этому течению.

Очарование утопии

В 1930-е годы в итальянском городе Ивреа к управлению семейным предприятием по производству печатных машинок приступил Андера Оливетти. Спустя несколько десятилетий его правления фирма из небольшого предприятия с 900 сотрудниками вылилась в межконтинентальный концерн, на множестве фабрик которого по всему миру трудилось около 80 000 человек. Однако Оливетти примечателен не своим предпринимательским талантом, а реализацией социальных программ.

В родном городе компании — Ивреа — он создал настоящий «рай» для своих сотрудников. На деньги корпорации и на свои собственные он строил для пролетариев дома, детские садики, центры творчества, школы, больницы, приглашал на встречи с работниками видных деятелей искусства тех лет, устанавливая зарплату примерно в полтора раза выше, чем среднюю по стране. С его мечтой об идеальной фабрике, весь коллектив которой живет и трудится как одна огромная семья, и социально ответственном бизнесе связывают одну из последних социальных утопий ХХ века.

Непосредственно участие в ее реализации принял Стирлинг, спроектировав в начале 70-х годов Центр обучения Оливетти и один из промышленных корпусов. Огромные плоскости рассчлененного бетоном стекла и скругленные углы между стенами и крышей стали предвестниками новой, более технологичной архитектуры хай-тека.

Восхищение новизной

Утопии в творчестве мастера на этом не закончились. Следующей из них стало создание жилого поселка Southgate Estate, недалеко от Манчестера. Новое жилье должно было разгрузить перенаселенный город. При этом никаких «человейников» со множеством этажей создавать не стали: застройка поселка преимущественно малоэтажная и очень выразительная. Архитектор не стеснялся в приемах выразительности: общие террасы, круглые окна-иллюминаторы, нависающие на оригинальных колоннах эстакады и очень много чистого бетона, утопающего в зелени.

Затем оказалось, что план комплекса оказался очень удобен для преступников, многие жители так и не свыклись с футуристическим обликом своих домов и поселок стал постепенно пустеть целыми корпусами, что еще больше способствовало превращению его в гетто. Власти не нашли лучшего выхода и в 1992 году последнее его здание было снесено. Теперь любоваться смелой и наивной архитектурой Стирлинга можно только на фотографиях тех лет.

Как узаконить постмодернизм

Стирлинг стремился к эксперименту. Брутализм и современная архитектура более не вдохновляли его. Одним из первых он ощутил необходимость возвращения к истории. Центр социальных исследований в Берлине, художественная галерея в Бостоне поражают своими деталями. Кокетливая штукатурка стен в голубую и розовую полоску сменяется излюбленным приемом Стирлинга — посреди монументальных форм и строгих каменных плит вдруг возникает ярко зеленая решетка вентиляции, желтое окно, синие балки стеклянного навеса, красная дверь. Кажется, что эти элементы в шутку дорисованы ребенком поверх «серьезного» чертежа мастера.

Серьезная архитектура созданная «как будто не всерьез», исторические архетипы и аллюзии — все это соответствовало передовым поискам своего времени. Эти первые проявления постмодернистской эпохи не могли остаться незамеченными: в 1981 году Стирлинг, в багаже которого уже было несколько престижных премий, становится третьим лауреатом Притцкера. Знаменательно, что одним из членов жюри в том году был... Филипп Джонсон, лишь за год до этого спроектировавший свой Хрустальный Собор, и теперь искавший подтверждения своей новой архитектуре. На вручении премии он обратился к публике со словами: «Уже 30 лет назад Стирлинг был признанным мастером в мире архитектуры, и сегодня является лидером нового движения в ней...».

Новая галерея Штутгарта

Свое самое значительное здание архитектор создал не в Британии. Во время вручения Притцкера на площадке Новой галереи Штутгарта еще кипела стройка. Однако то, что здание станет иконой своей эпохи было понятно задолго до открытия. Успех удивил даже самого автора: за первые три месяца работы выставочного центра ее посетили миллионы туристов, а сама галерея в списке самых посещаемых достопримечательностей Германии с 52-го места переместилась на 3-е!

Нет пророка в своем Отечестве

Удивительно, но главные здания Стирлинга находятся за пределами Британии: в Германии, Италии, Америке. Один из исследователей творчества мастера удивлялся тому, что на родине его постройки известны узкому кругу специалистов: спрятанные в университетских кампусах, они были недоступны широкой общественности. Единственным значимым заказом на публичное пространство стало расширение для галереи Тейт. В нее архитектор вложил все свое мастерство, виртуозно вписав свою архитектуру в городской пейзаж и сохранив свою манеру.

Стирлинг, или не Стирлинг?

Архитектор в шутку жаловался на то, что его домом стали международные аэропорты. Интенсивный график и слабое здоровье сделали свое дело: Стирлинга не стало очень рано, в 1992 году (в том же, когда снесли Southgate Estate). 66 лет — для многих архитекторов лишь начало творческого пути.

После смерти мастера его компаньон завершил здания, начатые при совместной работе. Однако не сложно заметить, что в них значительно больше вычурности, декоративности и некоторой надуманности. Считать или не считать эти сооружения частью творческого наследия мастера каждый решает для себя сам. Несмотря на утопичность некоторых проектов, архитектура Стирлинга и сегодня пользуется большой популярностью. Объясняя этот феномен Норман Фостер когда-то отметил, что главная черта архитектуры мастера, которую он пронес через все свое творчество — неподдельный гуманизм, забота о человеке и желание стать ему другом.


отель Deborah Berke Partners (13 фото)
"Дом хлеба" backaldrin в Австрии (13 фото)

Читайте также:

 

 

НОВОЕ И ЛУЧШЕЕ

12 декабря 2018